(no subject)

Там рогалик за окном, желтый.

А она играет, такая талантливая, и так одинока. Талант, он всегда одинок, и она через него - тоже. Он - она, а она - он. Только через него, а он через нее. По-отдельности - никак, не избежать, всегда хвостом. Оторвать - это почти то же, что вырвать, но плавнее, не так много вытечет сразу. Будет сочиться потихоньку, пока не вытечет. Это как жизнь - рванули за пуповину, как за затычку, и она потекла, вытекает. Когда течет, когда капает, потом водоворотом, но это уже в самом конце. Потом звук такой всасывающий, рыгающий, сытный, и сверху - снова пробкой заткнули.

И рогалик, острием вверх, всегда рожками вверх, чтобы книзу я и не видела. И много всего за рожки цепляется, тот знай себе тянет вверх. Потом закругляется. Как я сейчас.

(no subject)

Я так радовалась за соседей, а это стучал мой жалюзи. Выходит, радовалась за собственный жалюзи или за сквознячок. Радость односторонняя: радоваться возможно только себе самой, тому, что ты сама видишь, слышишь, замечаешь и прочие из 5ти. Не видишь - и нет радости. Другие же проводят акты, радующие твой глаз/ухо не ради тебя, ради своих 5ти. 6ти даже. А ты радуешься. Везет, впрочем, - тебе, уж этого не отнимешь.

(no subject)

Вот странно.. любовь, любовь. А не дают свыше если, то насильником становишься, ищешь, кого бы полюбить вопреки, кроме себя, даже если тебе с собой единственно хорошо, но это социальная программа, ее выполнять надо, раз с детства заложили.

Да, это ночь такая у меня. Пусть переночует. Мне не скучно с ней, мягко.